Шимановский районный суд рассмотрел гражданское дело о взыскании задолженности по кредитному договору с наследственного имущества.
В июле 2022 года банк предоставил кредит жителю Шимановска на 240,4 тыс. рублей сроком на пять лет. Но в ноябре того же года заемщик скончался. Выплаты по кредиту прекратились, и образовалась задолженность.
На 1 июля 2025 года долг вырос до 246,6 тыс. рублей, из которых 229,6 тыс. рублей — основной долг, 16,6 тыс. рублей — проценты за пользование кредитом, а также 305 рублей — пени за просрочку платежей.
После смерти заемщика нотариус открыл наследственное дело. Мать умершего отказалась от своей доли, и все наследство приняла жена. В наследство вошла квартира, которой супруги владели совместно. На момент смерти наследодателя кадастровая стоимость квартиры превышала 1,3 млн рублей. Таким образом, вдова получила долю стоимостью более 650 тыс. рублей.
В суде представитель ответчика возражал против взыскания процентов, утверждая, что кредиторы не имеют права начислять их по долгам умерших до истечения шести месяцев со дня открытия наследства. Однако суд счёл это возражение необоснованным, поскольку закон от 23 июля 2025 года № 248-ФЗ, на который ссылался ответчик, вступает в силу только с 1 сентября 2026 года.
Проанализировав материалы дела, суд установил, что стоимость полученного наследником имущества превышает размер долга, подлежащего взысканию. Согласно статье 1175 Гражданского кодекса РФ, наследники обязаны выплачивать долги наследодателя в пределах стоимости полученного ими наследства.
Суд также обратил внимание на то, что при заключении кредитного договора заемщик оформил страхование жизни. После смерти заемщика его вдова подала заявление в страховую компанию о выплате страхового возмещения, но документы до сих пор находятся в процессе рассмотрения. Наследник является выгодоприобретателем по этому договору страхования.
В итоге суд постановил взыскать с ответчика в пользу банка задолженность по кредитному договору в размере 246,6 тыс. рублей. |
